May 30th, 2006

cherep

Дневник читателя

Я не понимаю, как можно ставить трагедию Иоганна Шлегеля "Канут" выше "Умирающего Катона" Готшеда. Первая -- холодный набор тавтологичных монологов;  характеры в высшей мере ходульны и невероподобны, к тому же ясны с первой сцены; ни одного по-настоящему драматического положения нет. Вторая обладает всеми достоинствами хорошей классической трагедии: звучные стихи, энергичное действие, новые положения в каждой сцене, резко очерченные характеры, одушевляющие сюжетный конфликт, наконец этическая многозначность, отличающая трагедию от басни. А все от предрассудков: Готшед считается мертвенным каталогизатором (немного как Сумароков у Гуковского), лишенным поэтического чутья, не то что дарования; Шлегель же, его не во всем послушный ученик -- предшественником драматургии бури и натиска, потому что, сидя при датском дворе, написал пьесу с датскими именами. Показательно при этом, что самый "неклассицистический" его персонаж, руководствующийся своей "славной упрямкой" и предвосхищающий якобы  более поздних  "гениальных одиночек",  несмотря на датское имя, совсем недалеко отстоит от готшедовского Катона, в такой же степени наделенного героической hybris (в связи с Катоном упоминает  "славную упрямку" Ломоносов).   
Превед.
cherep

Остров ли Англия?

Про императрицу Елизавету Петровну повторяют, будто она в конце жизни удивилась, услышав, что Англия остров. Вступимся за государыню; об английских делах она была осведомлена не так плохо. Согласно донесению француза Шетарди, в 1742 г. она воскликнула в гневе:  "нет ничего удивительнаго, что народ, у котораго в обычае убивать своего короля, старается оказывать защиту тем, которые отличались своею неверностью к их законным государям!"